01:24 

заметки о Волкограде

m. smalta
Немного истории (3)

Два года спустя, летним днём, на огромной расчищенной поляне горел высокий костёр. Волки сидели вкруг него и смотрели в пламя. Каждый вспоминал, с чего начиналось: именно в этот календарный день Вавила начал готовить воспитанников к изгнанию.
Было их сейчас на треть меньше взрослых, но с полутора-, одногодовалыми и новорождёнными уже довольно много. Дети носились вокруг (да, ибо волчьи, они рано начинают ходить и бегать), пользуясь "окном безопасности" (это когда все свои в одном месте и поэтому гарантированно дадут отпор любому большому хищнику без труда; бывает редко), волчицы укачивали младенцев. На костре жарилось мясо.

Жалкий лагерь "волкам-ограда" превратился за это время постоянно расширяемый, возможно, бестолковый и непродуманный, но уже очень надёжный форт "Волчья ограда" из отборных смолистых брёвен, вобравший в себя всю рядом стоящую древесность. Менее качественные деревья пошли на возведение нового частокола. Во дворе, что был расчищен от камней и корневищ, находились и отдельные постройки: мастерские, летние кухни, баня, отхожее место. Был маленький стадион для бега по кругу и полоска препятствий - подрастающее поколение должно быть очень, очень сильным и ловким.
Внутри большой постройки у каждой волчьей пары с их детьми было своё отдельное убежище, а ещё "горница собраний", расположенная на самом верхнем уровне. Кладовые сделали как общие, так и частные, разбросав по площади здания, учтя опыт пожаров и обвалов брёвен, а также набегов мышей и насекомых, с тем, чтобы не хранить все припасы в одном месте. Жизнь колонии выправилась, насколько это возможно.

Был летний день, были несколько часов, когда волки освободили друг друга от рутинных трудов, чтобы заново напитать свой дух, напомнить себе, научить детей - что было и что должно помнить намертво и передать потомкам.
Они не могли, не имели права отказаться от наследства Вавилы - избавиться от груза знаний, даденных им. Они не смогли бы, даже желая того, отказаться от разума: он стал их сущностью. Потому путь был один: ковать свою сильнейшую силу из него.
Но для начала решено было отособиться от статуса "воспитанников человека" как от чего-то унизительного. И положили больше не звать себя по-вавиловски, "квазиями". Тем более что это слово, как было известно, восходило от слова "как бы", а они не "как бы", не слабаки, а народ и воинство-против-человека, если настанет час. Процесс самоопределения ознаменовался самопереименованием в "звейриволков". Оно указывало на почётное, корневое и неотъемлемое происхождение волков от диких животных, но не было идентично слову "звери", так как рассудили, что попытка возвернуться к старшим братьям фактически не имеет шансов.
Будущее же не планировалось больше, чем на год. Родятся новые волчата, кто-то погибнет, мал или велик, будет ещё достроен форт, на крышах уровней которого весной снова будут посеяны целебные и пряные травы, одни волки будут раз за разом ходить на охоту, другие добывать лес, а потом они поменяются местами... Но имелись задачи иного толка: сохранить письменность и не утерять умение читать. У Вавилы были чёрные отполированные доски и запас мела; были стопки бумаги и карандаши. Были экраны, на которых появлялись тексты, которые волчата по очереди зачитывали вслух. Теперь же они царапали друг другу записки камешками на коре, рисовали на песке, на заборе высекали важные заметки, чтобы всегда было легко найти. На стенах писали рецепты, на дверях кладовых - сколько чего там положено и взято. Записывали всё, что вспоминали из начатков наук и технологий. У них не было теперь инструментов, которыми обучались пользоваться на базе, так что по память зарисовывали и их. Но возможность сохранить эти записи от сырости, от огня или порчи, а также сделать самостоятельно подобие бумаги сходила на нет. Времени на уникальные изобретения пока не предвиделось.
Память требовала письменности. Пока набирала обороты устная традиция. Незаметно для себя стали обучать волчат по подобию педагогики Вавилы, не зная иной.
Несколько стальных пил, топоров, молотков и прочего, что вынеслись из брошенной лаборатории, были у поселенцев величайшей ценностью. И само собой, к исходу второго года пользования, приходили в окончательную негодность. Наступала эра полностью деревянно-каменного быта.

День, когда он предал, когда изгнал. День, когда погибла первая волчица-товарищ, день Унны - встречи со стаей Седой Волчицы - вот вехи их творимой здесь и сейчас и каждый новый день истории. Как вышли на поляну. Как одолевали медведей. Как строилась "волкам-ограда". Как всё-таки наступила первая весна. Когда родился первый волчонок... О том и пелось у высокого костра в летний, предосенний день.
________________________________________________

По осени изменилось всё.

@темы: работа над сюжетом, звероморфная раса, заметка, волкоград

URL
   

куклы как средствие

главная